Ошибки дифференциальной диагностики острого аппендицита и непроходимости кишечника встречаются крайне редко, иногда приходится дифференцировать имеющуюся клиническую картину, исключить кишечную непроходимость. При этом следует учитывать, что симптом острого аппендицита в некоторых случаях могут подавляться проявлениями динамической непроходимости кишечника, которая может развиваться параллельно острому аппендициту. Ситуация, когда резко выраженная картина непроходимости кишечника давала основание заподозрить перфоративный аппендицит, наблюдалась не раз, причем при самых тяжелых формах непроходимости. Приведем пример.

Больной 15 лет поступил с жалобами на резкие схваткообразные боли в животе. Направляющий диагноз врача службы скорой помощи - острый аппендицит. Утром больной почувствовал сильные боли в животе, которые временами настолько усиливались, что мальчик кричал, не находил удобного положения, метался, корчился. Два раза была рвота. Госпитализирован через 2 часа с момента возникновения заболевания.

Дежурный хирург записал в историю болезни, что живот мягкий, определяется разлитая болезненность при пальпации, больной щадит живот при дыхании. При аускультации отмечена обычная перистальтика, шума плеска и асимметрии живота нет. Выявлены положительный симптом Щеткина-Блюмберга, но нерезко выраженный. Учитывая имеющуюся картину, анамнез заболевания, характер болей и поведение больного, дежурный врач заподозрил непроходимость кишечника. Произведена обзорная рентгенография брюшной полости. На рентгенограмме чаши Клойбера не выявлены. При обследовании прямой кишки- патологии не отмечено. Сделана клизма, отошло небольшое количество каловых масс. Больной продолжал вести себя спокойно. Высказано предположение о возможности острого аппендицита и решено наблюдать за больным. Все же врачей смущали необычная клиническая картина, не соответствовавшая обычному течению острого аппендицита, характер наблюдавшихся болей, поведение больного. Высказывалось предположение о возможности кишечной непроходимости у больного, хотя усиленной звучной перистальтики, шума Плеска, чаш Клойбера не было, а после клизмы был необильный понос.

Больной был осмотрен заведующим хирургическим отделением, который отметил наличие симптомов Ровсинга, Ситковского и решил, мю имеется больше данных, свидетельствующих об остром аппендиците, возможно с перфорацией червеобразного отростка. Количество лейкоцитов в крови 9,9- 109/л, пульс 110 в минуту.

Через 5 часов с момента госпитализации, решено срочно оперировать больного. Диагноз: острый аппендицит, возможно, прободение червеобразного отростка. Ввиду нечеткости клинической картины и имеющихся сомнений в диагнозе решено произвести срединную лапаротомию. По вскрытии брюшной полости удалено 500 мл геморрагической жидкости. Обнаружено узлообразование между подвздошной и сигмовидной ободочной кишками. Участок подвздошной кишки, а также сигмовидных ободочная кишка некротизированы. Пересечена петля подвздошной кишки, ущемлявшая узлом основание сигмовидной ободочной кишки. Резецирован омертвевший участок подвздошной кишки, наложен анапомоз конец в конец. Резецирована омертвевшая сигмовидная ободочная кишка. Ушит ее дистальный конец в ректосигмоидном отделе. Выведен проксимальный конец сигмовидной ободочной кишки (противоестественный задний проход) в левой подвздошной области. Послеоперационный период без осложнений.

Ретроспективно можно отметить, что в данном случае наблюдалась классическая картина узлообразования и что предполагать наличие даже перфоративного аппендицита имелось очень мало оснований. Но если вспомнить о том, как редко врачу приходится встречаться с картиной особого вида кишечной непроходимости - узлообразованием и хирургу неясна причина явной катастрофы в животе, а максимальная болезненность отмечается в правой подвздошной области, то отказаться от предположения о возможности острого аппендицита, может быть, осложненного, перфоративного, очень трудно.

Наблюдая аналогичную картину у больного 65 лет можно отказаться от предположения, что у него имеется узловатое образование. У этого больного внезапно появились резкие боли в животе, доскообразное напряжение передней брюшной стенки. Больной кричал от болей в животе. Дифференцировать  пришлось  прикрытую  перфорации язвы желудка, узлообразование и острый аппендицит поставив диагноз узлообразования кишки, срочно произвели срединную лапаротомию. Оказалось, что больного был перфоративный аппендицит.

То, что дифференциация острого аппендицита и непроходимости кишечника не является сугубо теоретическим вопросом, показывает наблюдение  Лимонникова, который описал летальный исход, вызванный диагностической ошибкой, когда острый аппендицит, осложненный перитонитом, был принят за непроходимость кишечника.

Больной, 47 лет, поступил в больницу с диагнозом "частичная кишечная непроходимость". На основании результатов клинического наблюдения в течение первых 2 дней и обзорной рентгеноскопии брюшной полости создалось впечатление, что показаний к операции нет. Была сделана паранефральная блокада, после которой самочувствие больного улучшилось, однако через 2 суток его состояние вновь резко ухудшилось, и больной был оперирован по поводу перитонита.

Во время операции были обнаружены серозно-гнойный выпот в 1 малом тазе, фибринозно-гнойные наложения, особенно на подвздошной и слепой кишках, а также на сальнике, часть которого оказалась некротизированной. Червеобразный отросток, по описанию хирурга, макроскопически не был изменен, поэтому его не удалили. Поставлен операционный диагноз: перитонит на почве некроза сальника. Резецирован почти весь большой сальник. Введен пенициллин в брюшную полость. Послойно наложены швы на брюшную стенку и в подкожную жировую клетчатку введен тампон с мазью Вишневского. Течение послеоперационного периода очень тяжелое. На 5 день после операции наступила смерть.

Патологоанатомический диагноз: гангренозный аппендицит, периаппендикулярный инфильтрат, разлитой фибринозно-гнойный перитонит. В протоколе вскрытия: червеобразный отросток длиной 12 см на протяжении 1 см резко отечен, темно-красного цвета, окружен со всех сторон, за исключением начального отдела, спаянными петлями тонкой кишки. Патологоанатом в присутствии хирурга записал: "Чуть выше места впадения червеобразного отростка в слепую кишку от дупликатура брюшины, напоминающий до некоторой степени но внешнему виду червеобразный отросток, измененный хроническим воспалительным процессом". В акте судебной экспертизы, кроме примера явной диагностической ошибки, описаны и тактические ошибки, которые привели к летальному исходу.

Лимонников, описавший этой случай, подчеркнул опасность применения паранефральных блокад в клинических неясных ситуациях. Паранефральная блокада стушевала клиническую картину, вызвала мнимое улучшение общего состояния больного, что привело к задержке операции.

В приведенном наблюдении допущен ряд тактических ошибок. Вторичные патологические изменения были привиты за основной процесс, а дупликатура брюшины - за неизмененный червеобразный отросток. Произведена реакция почти всего сальника, тем самым значительно уменьшены шансы на отграничение процесса. Но, пожалуй, самое главное, что предопределило исход, - это потеря 2 суток на дифференциальную диагностику.